Неточные совпадения
Только в эту минуту я понял, отчего происходил тот сильный тяжелый запах, который, смешиваясь с запахом ладана, наполнял комнату; и мысль, что то лицо, которое за несколько дней было исполнено красоты и нежности, лицо той, которую я любил больше всего на свете, могло возбуждать ужас, как будто в первый раз
открыла мне горькую
истину и наполнила душу отчаянием.
— Ну, хорошо, — сказал я, сунув письмо в карман. — Это дело пока теперь кончено. Крафт, послушайте. Марья Ивановна, которая, уверяю вас, многое мне
открыла, сказала мне, что вы, и только один вы, могли бы передать
истину о случившемся в Эмсе, полтора года назад, у Версилова с Ахмаковыми. Я вас ждал, как солнца, которое все у меня осветит. Вы не знаете моего положения, Крафт. Умоляю вас сказать мне всю правду. Я именно хочу знать, какой он человек, а теперь — теперь больше, чем когда-нибудь это надо!
Он не только вспомнил, но почувствовал себя таким, каким он был тогда, когда он четырнадцатилетним мальчиком молился Богу, чтоб Бог
открыл ему
истину, когда плакал ребенком на коленях матери, расставаясь с ней и обещаясь ей быть всегда добрым и никогда не огорчать ее, — почувствовал себя таким, каким он был, когда они с Николенькой Иртеневым решали, что будут всегда поддерживать друг друга в доброй жизни и будут стараться сделать всех людей счастливыми.
Не только рассудок, но и разум не мог бы
открыть возможность познания
истины, это делает исключительно дух.
Веротерпимость связана с тем, что
истина бесконечна,
открывает бесконечный путь, и превращение
истины в конечность, что есть нетерпимость и фанатизм, есть в сущности измена
истине.
А подумать внимательно о факте и понять его причины — это почти одно и то же для человека с тем образом мыслей, какой был у Лопухова, Лопухов находил, что его теория дает безошибочные средства к анализу движений человеческого сердца, и я, признаюсь, согласен с ним в этом; в те долгие годы, как я считаю ее за
истину, она ни разу не ввела меня в ошибку и ни разу не отказалась легко
открыть мне правду, как бы глубоко ни была затаена правда какого-нибудь человеческого дела.
— Не верьте ему, m-lle Жюли, — сказал статский, — он боится
открыть вам
истину, думает, что вы рассердитесь, когда узнаете, что он бросил француженку для русской.
Православие славянофилов, их исторический патриотизм и преувеличенное, раздражительное чувство народности были вызваны крайностями в другую сторону. Важность их воззрения, его
истина и существенная часть вовсе не в православии и не в исключительной народности, а в тех стихиях русской жизни, которые они
открыли под удобрением искусственной цивилизации.
Меня интересовало выразить себя и крикнуть миру то, что мне
открывает внутренний голос, как
истину.
Бог промышляет о своем творении,
открывает творению
истину о себе, утерянную и закрытую первородным грехом, сообщает творению благодать, которую собственными усилиями оно не могло бы добыть.
Индивидуальный разум, индивидуальное усилие не могут
открыть универсальной
истины.
Логика научила его рассуждать; математика — верные делать заключения и убеждаться единою очевидностию; метафизика преподала ему гадательные
истины, ведущие часто к заблуждению; физика и химия, к коим, может быть, ради изящности силы воображения прилежал отлично, ввели его в жертвенник природы и
открыли ему ее таинства; металлургия и минералогия, яко последственницы предыдущих, привлекли на себя его внимание; и деятельно хотел Ломоносов познать правила, в оных науках руководствующие.
Мысли эти представлялись моему уму с такою ясностью и поразительностью, что я даже старался применять их к жизни, воображая, что я первый
открываю такие великие и полезные
истины.
Простая
истина, поговорка, общеизвестное изречение, смысл которого он давно уже механически знал, вдруг благодаря какому-то внезапному внутреннему освещению приобретали глубокое философское значение, и тогда ему казалось, что он впервые их слышит, почти сам
открыл их.
И сделали-с меня за храбрость офицером, но только как я все на своей
истине стоял, чтобы
открыть свою запрошедшую жизнь, то чтобы от этого мне больше беспокойства не иметь, пустили меня с Георгием в отставку.
— Да, она удивительная девушка, — говорил он, стыдливо краснея, но тем с большей смелостью глядя мне в глаза, — она уж не молодая девушка, даже скорей старая, и совсем нехороша собой, но ведь что за глупость, бессмыслица — любить красоту! — я этого не могу понять, так это глупо (он говорил это, как будто только что
открыл самую новую, необыкновенную
истину), а такой души, сердца и правил… я уверен, не найдешь подобной девушки в нынешнем свете (не знаю, от кого перенял Дмитрий привычку говорить, что все хорошее редко в нынешнем свете, но он любил повторять это выражение, и оно как-то шло к нему).
Содержание их вечно юно, и одни только формы у них стареют, и мы легко можем
открыть в этих формах идею и убедиться, что философская
истина не есть что-нибудь отдельное и чуждое мировой жизни, и что она в ней проявлена, по крайней мере, как распря.
— И никто, конечно, сам не найдет его! — произнес, усмехнувшись, Михаил Михайлыч. — На склоне дней моих я все более и более убеждаюсь в том, что стихийная мудрость составила себе какую-то теозофически-христианскую метафизику, воображая, что
открыли какой-то путь к
истине, удобнейший и чистейший, нежели тот, который представляет наша церковь.
Истина не только указывает путь жизни человеческой, но
открывает тот единственный путь, по которому может идти жизнь человеческая. И потому все люди неизбежно, свободно или не свободно пойдут по пути
истины: одни — сами собою совершая предназначенное им дело жизни, другие — невольно подчиняясь закону жизни. Свобода человека в этом выборе.
Тысяча восемьсот лет тому назад христианское учение
открыло людям
истину о том, как им должно жить, и вместе с тем предсказало то, чем будет жизнь человеческая, если люди не будут так жить, а будут продолжать жить теми основами, которыми они жили до него, и чем она будет, если они примут христианское учение и будут в жизни исполнять его.
Любовь, самоотвержение!» Он так обрадовался и взволновался,
открыв эту, как ему показалось, новую
истину, что вскочил и в нетерпении стал искать, для кого бы ему поскорее пожертвовать собой, кому бы сделать добро, кого бы любить.
Прочь! разве это всё — ты надо мной смеялся,
И я повеселиться рад.
Недавно до меня случайно слух домчался,
Что счастлив ты, женился и богат.
И горько стало мне — и сердце зароптало,
И долго думал я: за что ж
Он счастлив — и шептало
Мне чувство внятное: иди, иди, встревожь!
И стал я следовать, мешаяся с толпой
Без устали, всегда повсюду за тобой,
Всё узнавал — и наконец
Пришел трудам моим конец.
Послушай — я узнал — и — и
откроюТебе я
истину одну…
Ночью он сам потихоньку выпроводил сына за город с проезжими офицерами, которые обещали записать молодого человека в полк, и потом, возвратясь к жене,
открыл ей
истину, горькую для ее материнского сердца.
— И если верите тому, чту
открыл показавший путь,
истину и жизнь…
— Целые сутки ломал он голову, но ничего не придумал, как сам он после сказывал, и решился, наконец,
открыть мне всю
истину, решившись в то же время обманывать своего строгого начальника.
Опыт и размышление
открывают нам сию любопытную
истину: «Что быстрые шаги человека к Философии и к гражданскому совершенству до некоторого отдаления бывают самые беспокойные».
Вы понимаете, что только серьезные причины могли заставить меня, доктора Керженцева,
открыть всю
истину об убийстве Савелова.
До сих пор, гг. эксперты, я скрывал
истину, но теперь обстоятельства вынуждают меня
открыть ее. И, узнав ее, вы поймете, что дело вовсе не так просто, как это может показаться профанам: или горячечная рубашка, или кандалы. Тут есть третье — не кандалы и не рубашка, а, пожалуй, более страшное, чем то и другое, вместе взятое.
Ребенок, свежий, открытый к добру и
истине, спрашивает, что такое мир, какой его закон, и мы, вместо того чтобы
открыть ему переданное нам простое учение любви и
истины, старательно начинаем ему вбивать в голову всевозможные ужасающие нелепости и мерзости, приписывая их богу.
На что нам знать твои мечты?
Не для того пред нами ты!
В другом ты ныне обвинен,
И хочет
истины закон.
Открой же нам друзей своих,
Убийц, разбойников ночных,
Которых страшные дела
Смывает кровь и кроет мгла,
С которыми, забывши честь,
Ты мнил несчастную увезть.
Учить людей можно тем, чтобы
открывать им
истину и показывать пример добра, а никак не тем, чтобы заставлять их силою делать то, что нам хочется.
Истину в этом деле
открыть было невозможно, и дьячок Меркурий, которому заказывали делать надписи на крестах, написал на кресте, покрывшем семейство горделивой Аграфены: «Боговинися душа».
— Будущее известно одному Аллаху! — изрекла дочь наиба торжественно. — Но если Аллах Предвечный пожелает
открыть моим мыслям
истину, ты узнаешь ее, джигит, — добавила она своим глухим, неприятным голосом, обращаясь ко мне, и на миг ее горящие глаза остановились на моем лице.
Пойманный лесной бог Силен хохочет в лицо смущенному царю Мидасу и
открывает ему сокровеннейшую
истину жизни: высшее счастье для человека было бы не родиться, не быть вовсе, быть ничем; второе же, что ему остается, — как можно скорее умереть.
В «Утре помещика» князь Нехлюдов
открывает ту же — «ему казалось, — совершенно новую
истину» о счастье в добре и самоотвержении. Но так же, как Оленин, он убеждается в мертвенной безжизненности этой
истины. «Иногда я чувствую, что могу быть довольным собою; но это какое-то сухое, разумное довольство. Да и нет, я просто недоволен собою! Я недоволен, потому что я здесь не знаю счастья, а желаю, страстно желаю счастья».
Та «
истина», которую
открыл царю Мидасу лесной бог Силен, становится теперь для эллина основною
истиною жизни.
Любовь, самопожертвование!» Он так обрадовался и взволновался,
открыв эту, как ему казалось, новую
истину, что вскочил и в нетерпении стал искать, для кого бы ему поскорее пожертвовать собой».
Я просил его
открыть мне
истину,
открыть мне себя.
Князь Голицын не того ожидал. Пленница обещала ему
открыть всю
истину, обязывая даже хранить в тайне, что он от нее узнает, и вдруг он получает какой-то фантастический рассказ о том, что она черкешенка, хотевшая основать химерическое государство на Тереке.
— Дрянная женщина! На нее не действуют даже такие минуты! Она и теперь лжет так же свободно, как девять лет тому назад в ресторане «Эрмитаж»! Она боится, что если
откроет мне
истину, то я перестану выдавать ей деньги! Она думает, что если бы она не лгала, то я не любил бы этого мальчика! Вы лжете! Это низко!
Гегель по-своему
открывал ту
истину, что, для того чтобы в мире возможно было новое становление, динамика, необходимо небытие, ничто.
Жизнь, как личное существование, отжита человечеством, и вернуться к ней нельзя, и забыть то, что личное существование человека не имеет смысла, невозможно. Что бы мы ни писали, ни говорили, ни
открывали, как бы ни усовершенствовали нашу личную жизнь, отрицание возможности блага личности остается непоколебимой
истиной для всякого разумного человека нашего времени.
И свою-то
истину, пожалуй,
открыл не целиком, — не может же даже его
истина быть такою смеющеюся.
Абсолютная христологическая
истина одной своей стороной обращена к искуплению греха и спасению от зла, другой же своей стороной обращена к положительному, творческому призванию человека,
открывает христологию человека.
Допытываться же настоящих его религиозных мнений и стараться обратить его к
истине было некогда, и потому молодой человек спешил
открыть ему свое положение.
Скидаю эту личину, достигнув своей цели:
открыть вашему величеству всю
истину.
— Вернись-ка, великий государь, в слободу, там безопасливее, — наклонился к нему Григорий Лукьянович, — а я здесь останусь, сам доеду до князя Василия,
открою глаза и ему, и князю Никите относительно их любимца, может, они и сами согласятся, что, по нынешним подозрительным временам, надобно добраться до
истины.
Вульф, полагая, что над ним подшучивают, вздумал было сердиться, но рассказ его невесты, переданный со всем убеждением
истины,
открыл ему глаза. Он бесился, что генерал-фельдвахтмейстер короля шведского допустил себя обмануть варварам.
—
Открыть вернейший путь к познанию
истины.